Список форумов arthouse.tonet.ru

 
Надежда Мандельштам - Воспоминания. в 2 томах. [Жанна Владимирская, Алексей Ковалев, 1987, 128 kbps]  
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов arthouse.tonet.ru -> Книги -> Аудиокниги
Нет
Автор Сообщение
Iban
Зарегистрирован: 10.05.2008
Сообщения: 830
Сообщение 2010-08-17 18:08 Ответить с цитатой
Надежда Мандельштам "Воспоминания". в 2 томах.



Год выпуска: 1987
Автор: Надежда Яковлевна Мандельштам

Исполнитель: Жанна Владимирская, Алексей Ковалев
Жанр: мемуары
Издательство: Радио "Голос Америки"
Тип: аудиокнига
Аудио кодек: MP3
Битрейт аудио: 128 kbps
Описание: Первый том включает знаменитую книгу `Воспоминания`, где с большим трагизмом показана жизнь страны в 1930 - е годы - вплоть до гибели Осипа Эмильевича Мандельштама в одном из дальневосточных лагерей. Надежде Мандельштам мы обязаны сохранением его творческого наследия. В своем гражданском и человеческом подвиге она равновелика Осипу Мандельштаму. Будь все иначе, мы не имели бы ни великого поэта, ни чудовищного опыта выживания культуры в XX веке, ни гениального и единственного в своем роде истолкования нашего печально - исторического времени! Воспоминания Надежды Мандельштам вошли в историю русской литературы XX столетия и стали бесспорным ее достоянием. В этой книге - драгоценные свидетельства о жизни великого поэта Осипа Мандельштама, его литературном окружении - А.Ахматовой, Н.Гумилеве, М.Цветаевой, М.Волошине и других, а также попытка осмыслить истоки и трагическую суть нашего времени.
Воспоминания "Вторая книга" представляют широкую панораму литературной и общественной жизни 1910-1960-х годов. Но главный их герой, конечно же, Осип Мандельштам - один из самых блистательных поэтов XX века.

Цикл из 75 частей (по полчаса каждая) по обеим книгам воспоминаний Н.Мандельштам (с предисловием Наума Коржавина). Впервые цикл звучал на "Голосе Америки" в конце 80-х. Запись не с эфира!

Доп.информация:
Надежда Яковлевна Мандельштам — русская писательница, мемуарист, лингвист, преподаватель, жена Осипа Мандельштама. Надежда Мандельштам родилась 30 октября 1899 г. в Саратове в состоятельной семье. Надежда была младшим ребенком в многодетной семье. Кроме неё, в семье росли два старших брата, Александр (1891—1920) и Евгений (1893—1974) и сестра Анна (ум. 1938). В начале XX в. семья переехала в Киев. Там, 14 августа 1909 г., Надежда Яковлевна поступила в частную женскую гимназию Аделаиды Жекулиной на Большой Подвальной, 36. Скорее всего, гимназия была выбрана родителями как наиболее близкое учебное заведение к месту проживания семьи (ул. Рейтарская, д. 25). Особенностью гимназии Жекулиной было обучение девочек по программе мужских гимназий. Успешно сдав вступительные испытания, Надежда, тем не менее, училась средне. Она имела 5 баллов по истории, «хорошо» — по физике и географии и «удовлетворительно» по иностранным языкам (латинский, немецкий, французский, английский. Кроме того, в детстве Надежда несколько раз посещала вместе с родителями страны Западной Европы — Германию, Францию и Швейцарию. После окончания гимназии Надежда поступила на юридический факультет университета Св. Владимира в Киеве, однако учёбу бросила. В годы революции училась в мастерской известной художницы А. А. Экстер.
1 мая 1919 года в киевском кафе «Х. Л.А.М» Н. Я. знакомится с Осипом Мандельштамом.
[Осип привез жену из Харькова].
Цитата:
"Жизнь моя, — писала она, — начинается со встречи с Мандельштамом."


Фрагмент из книги Ирины Одоевцевой "На берегах Невы":
Цитата:
...Шаги на лестнице. Мандельштам вытягивает шею и прислушивается с блаженно-недоумевающим видом.
— Это Надя. Она ходила за покупками, — говорит он изменившимся, потеплевшим голосом. — Ты ее сейчас увидишь. И поймешь меня.
Дверь открывается. Но в комнату входит не жена Мандельштама, а молодой человек. В коричневом костюме. Коротко остриженный. С папиросой в зубах. Он решительно и быстро подходит к Георгию Иванову и протягивает ему руку.
— Здравствуйте, Жорж! Я вас сразу узнала. Ося вас правильно описал — блестящий санкт-петербуржец.
Георгий Иванов смотрит на нее растерянно, не зная можно ли поцеловать протянутую руку.
Он еще никогда не видел женщин в мужском костюме. В те дни это было совершенно немыслимо. Только через много лет Марлена Дитрих ввела моду на мужские костюмы. Но оказывается первой женщиной в штанах была не она, а жена Мандельштама. Не Марлена Дитрих, а Надежда Мандельштам произвела революцию в женском гардеробе. Но, не в пример Марлене Дитрих, славы это ей не принесло. Ее смелое новаторство не было оценено ни Москвой, ни даже собственным мужем.
— Опять ты, Надя, мой костюм надела. Ведь я не ряжусь в твои платья? На что ты похожа? Стыд, позор, — набрасывается он на нее. И поворачивается к Георгию Иванову, ища у него поддержки. — Хоть бы ты, Жорж, убедил ее, что неприлично. Меня она не слушает. И снашивает мои костюмы.
Она нетерпеливо дергает плечом.
— Перестань, Ося, не устраивай супружеских сцен. А то Жорж подумает, что мы с тобой живем, как кошка с собакой. А ведь мы воркуем, как голубки — как «глиняные голубки».
Она кладет на стол сетку со всевозможными свертками. Нэп. И купить можно всё что угодно. Были бы деньги.
— Ну, вы тут наслаждайтесь дружеской встречей, а я пока обед приготовлю.
Жена Мандельштама, несмотря на обманчивую внешность, оказалась прекрасной и хлебосольной хозяйкой. За борщем и жарким последовало кофе с сладкими пирожками и домашним вареньем.
— Это Надя всё сама. Кто бы мог думать? — он умиленно смотрит на жену. — Она всё умеет. И такая аккуратная. Экономная. Я бы без нее пропал. Ах, как я ее люблю.
Надя смущенно улыбается, накладывая ему варенья.
— Брось, Ося, семейные восторги не интереснее супружеских сцен. Если бы мы не любили друг друга — не поженились бы. Ясно...

26 мая 1934 года, на Особом совещании при Коллегии ОГПУ Осип Мандельштам был приговорен к высылке на три года в Чердынь. 28 мая Надежда Яковлевна добилась разрешения сопровождать мужа в ссылку. Вскоре после прибытия в Чердынь, первоначальное решение было пересмотрено. Ещё 3 июня Надежда Яковлевна сообщила родственникам поэта, что Мандельштам в Чердыни «психически болен бредит». 5 июня 1934 г. Н. И. Бухарин пишет письмо И. В. Сталину, где сообщает о тяжелом положении поэта. В итоге уже 10 июня 1934 г. дело было пересмотрено и вместо ссылки Осипу Мандельштаму запретили проживать в 12 городах Советского Союза. Супруги спешно покинули Чердынь, решив обосноваться в Воронеже. Там супруги Мандельштам познакомились с поэтом С.Б. Рудаковым и преподавателем Воронежского авиатехникума Н.Е. Штемпель. С последней Надежда Яковлевна Мандельштам поддерживала отношения на протяжении всей жизни.
После второго ареста, произошедшего в ночь с 1 на 2 мая 1938 года, поэт был сослан в пересыльный лагерь под Владивостоком, где скончался от тифа.

Цитата:
Десятилетиями эта женщина находилась в бегах, петляя по захолустным городишкам Великой империи, устраиваясь на новом месте лишь для того, чтобы сняться при первом же сигнале опасности. Статус несуществующей личности постепенно стал её второй натурой. Она была небольшого роста, худая. С годами она усыхала и съеживалась больше и больше, словно в попытке превратить себя в нечто невесомое, что можно быстренько сложить и сунуть в карман, на случай бегства. Также не имела она никакого имущества. Книги, даже заграничные, никогда не задерживались у неё надолго. Прочитав или просмотрев, она тут же отдавала их кому-нибудь, как собственно и следует поступать с книгами. В годы её наивысшего благополучия, в конце 60-х — начале 70-х, в её однокомнатной квартире, на окраине Москвы, самым дорогостоящим предметом были часы с кукушкой на кухонной стене. Вора бы здесь постигло разочарование, как, впрочем, и тех, кто мог явиться с ордером на обыск. Отщепенка, беженка, нищенка-подруга, как называл её в одном из своих стихотворений Мандельштам, и чем она, в сущности, и осталась до конца жизни.

Цитата:
— Иосиф Бродский. Из некролога.


После гибели мужа Надежда Яковлевна опасаясь ареста, несколько раз поменяла место жительства. Кроме того, она посвящает свою жизнь сохранению поэтического наследия мужа. Опасаясь обысков и ареста вместе с рукописями Осипа Мандельштама, она заучивает стихи и прозу Мандельштама наизусть. После начала Великой Отечественной войны Надежда Яковлевна Мандельштам вместе с матерью эвакуировались в Среднюю Азию. Сначала они проживали в посёлке Муйнак в Кара-Калпакии, затем переехали в колхоз возле села Михайловка Джамбульской области. Там весной 1942 г. их обнаружил Е. Я. Хазин. Уже летом 1942 г. Надежда Яковлевна при содействии А. А. Ахматовой перебирается в Ташкент. Предположительно это произошло около 3 июля 1942 г. В Ташкенте Надежда Мандельштам первое время преподавала иностранные языки в Центральном доме художественного воспитания детей. В мае 1944 г. начинает работать в Среднеазиатском государственном университете преподавателем английского языка. В 1949 г. Мандельштам перебирается из Ташкента в Ульяновск. Там она работает преподавателем английского языка в местном пединституте. В феврале 1953 г. Мандельштам увольняют из института в рамках кампании по борьбе с космополитизмом. Поскольку увольнение практически совпало со смертью Сталина, серьёзных последствий удалось избежать. Благодаря посредничеству влиятельного советского писателя А.А. Суркова, она получает место преподавателя в Читинском педагогическом институте, где работает с сентября 1953 по август 1955 г. С сентября 1955 г. по 20 июля 1958 г. Мандельштам преподавала в Чебоксарском педагогическом институте, где даже заведовала кафедрой. Эссе «Четвертая проза» и ряд стихотворений целиком восстановлены Надеждой Яковлевной по памяти в шестидесятые годы. В начале 1940-х годов сдала экстерном экзамены за университет. В 1956 г. защитила кандидатскую диссертацию по английской филологии «Функции винительного падежа по материалам англо-саксонских поэтических памятников» под руководством В. М. Жирмунского. В ноябре 1965 г. Надежде Яковлевне удается перебраться в собственную московскую однокомнатную квартиру на Большой Черемушкинской улице, где она и прожила до конца жизни.
В 1960-е годы Надежда Яковлевна пишет книгу «Воспоминания» (первое книжное издание: Нью-Йорк, изд-во Чехова, 1970). В начале 70-х выходит новый том мемуаров Надежды Яковлевны — «Вторая книга» (Париж: YMCA-PRESS, 1972), который вызвал неоднозначную реакцию. Незадолго до смерти Мандельштам за рубежом издается «Книга третья» (Париж: YMCA-PRESS, 1978).
Многие годы Надежда Мандельштам была близкой подругой Анны Ахматовой, написала мемуарную книгу о ней (первая полная публикация — 2007).

На протяжении 1970-х гг. к сожалению здоровье Надежды Мандельштам неуклонно ухудшалось. Она редко выходила из дома, помногу отлеживалась. Однако до конца десятилетия Мандельштам была в состоянии принимать знакомых и близких у себя дома. В 1979 году проблемы с сердцем обострились. Её активность пошла на спад, помощь оказывали лишь самые близкие люди. В начале декабря 1980 года, на 81-м году жизни, Надежде Яковлевне был прописан строгий постельный режим, вставать с постели запрещалось. По инициативе одного из самых близких людей, Ю. Л. Фрейдина, было устроено круглосуточное дежурство. Дежурить возле умирающей Мандельштам было доверено самым близким ей людям. Ночью 29 декабря 1980 года Надежда Яковлевна Мандельштам умерла. Отпевали Мандельштам по православному обряду, прощание с телом состоялось 1 января 1981 г. в церкви Знамения Божьей Матери. Похоронена 2 января 1981 г. на Старо-Кунцевском (Троекуровском) кладбище.

Мемуары Н. Я. Мандельштам были признаны не только незаменимым источником в изучении творчества О. Э. Мандельштама, но и значительным свидетельством о советской эпохе, и особенно, сталинском времени. Литературные достоинства её книг были высоко оценены многими литературоведами и писателями (Андреем Битовым, Беллой Ахмадулиной, Сергеем Аверинцевым и другими). Бродский назвал «Воспоминания» одним из величайших произведений XX века. Многие годы Н. Я. Мандельштам была близкой подругой Анны Ахматовой. После смерти русской поэтессы Мандельштам написала воспоминания об Ахматовой. В них она попыталась критически оценить личность и творчество Ахматовой (первая полная публикация — 2007). Споры о значении и объективности работ Н. Я. Мандельштам начались сразу же после их выхода в свет. Многие из тех, кто знал Надежду Яковлевну и её мужа лично раскололись на два враждебных лагеря. Одни защищают право Надежды Мандельштам на суд не только эпохи, но и конкретных людей, другие обвиняют вдову поэта в сведении счетов с современниками, клевете и искажении действительности (особенно это касалось «Второй книги»). На западе мемуары Мандельштам, получили широкий резонанс. Как «Воспоминания», так и «Вторая книга» были изданы во многих странах, а сами работы стали рассматриваться как важный источник по сталинскому времени.


Литература и ссылки:

Фрейдин Ю. Такая проза и нужна была.Новая книга Надежды Мандельштам: за и против.
Мандельштам Н. Я. Воспоминания. Подготовка текста Юрия Фрейдина. Предисловие Николая Панченко. Примечания Александра Морозова. М., «Согласие», 1999. 576 с. ISBN 5-86884-066-6
Мандельштам Н. Я. Вторая книга. Предисловие и примечания А. Морозова. Подготовка текста С. Василенко. М., «Согласие», 1999. 750 с. ISBN 5-86884-067-4
Мандельштам Н. Я. Третья книга. Сост. Ю. Л. Фрейдин. М., «Аграф» 2006. 559 с. ISBN 978-5-7784-0278-2.
Мандельштам Н. Я. Об Ахматовой. Составление и вступительная статья П. Нерлера. Серия «Записки Мандельштамовского общества». Том 13. М., «Новое издательство» 2007. 444 с. ISBN 987-5-98379-095-7.


Опубликованная переписка
В этой жизни меня удержала только вера в Вас и Осю…» Письма Н. Я. Мандельштам А. А. Ахматовой Публ., вступит. заметка, подгот. текстов и коммент. Н. И. Крайневой // Литературное обозрение. — 1991. — № 1. — С. 97-105.
Переписка Варлама Шаламова и Надежды Мандельштам (1965—1968) Публ. и примеч. И. Сиротинской // Знамя. — 1992. — № 2. — С.158-177.
Мандельштам Н. Я. 192 письма к Б. С. Кузину. (1937—1947) // Кузин Б. С. Воспоминания. Произведения. Переписка. СПб., «Инапресс», 1999. С. 513—747. ISBN 5-871-35079-8
Шаламов В. Т. Новая книга. Воспоминания. Записные книжки. Переписка. Следственные дела. Сост. И. П. Сиротинская. М.: ЭКСМО, 2004.
Письма Н. Я. Мандельштам к Д. Е. Максимову. Публ., вступит. статья и коммент. Н. Т. Ашинбаевой // Дмитрий Евгеньевич Максимов в памяти друзей, коллег, учеников. К 100-летию со дня рождения. М., «Наука», 2007.
Нерлер П. «Пусть и мой голос — голос старого друга — прозвучит сегодня около Вас…» Письма Анны Ахматовой Надежде Мандельштам // Wort — Geist — Kultur. Gedenkschrift für Sergej S. Averincev. Series: Russian Culture in Europe. Vol. 2. Wien, 2007. C. 415—428.
Из переписки Н. Я. Мандельштам (Переписка с А. А. Ахматовой, Н. И. Харджиевым, Н. Е. Штемпель, а также письма к Е. К. Лившиц) // Мандельштам Н. Я. Об Ахматовой. Составление и вступительная статья П. Нерлера. Серия «Записки Мандельштамовского общества». Том 13. Изд. 2-е, исправленное. М., «Три квадрата», 2008. С. 215—386.


Воспоминания
Герштейн Э. Надежда Яковлевна // Знамя. 1998. № 2.
Кривошеина Н. Четыре трети нашей жизни. М., «Русский путь», 1999.
Осип и Надежда. Мандельштамы в рассказах современников. Вступит. статья, подготовка текста и коммент. О. С. Фигурновой, М. В. Фигурновой. М.: Наталис, 2001.
Мурина Е. О том, что помню про Н. Я. Мандельштам // Мир искусства. Альманах. Вып. 4. СПб., «Дмитрий Буланин» 2001. С. 133—173.
Герштейн Э. Г. Мемуары. М., «Захаров», 2002.


Литература
Нерлер П. В поисках концепции: книга Надежды Мандельштам об Анне Ахматовой на фоне переписки с современниками // Мандельштам Н. Я. Об Ахматовой. М., «Три квадрата», 2008. С. 7-103.
Holmgren B. Women’s works in Stalin’s time: on Lidiia Chukovskaia and Nadezhda Mandelstam. Bloomington, Indiana University Press, 1993. 225 p.



Радио Арсенал. О Надежде Мандельштам вспоминают Юрий Фрейдин и Варвара Шкловская.
Телеперадача «Школа злословия». Беседа с Юрием Львовичем Фрейдиным.

Несколько фотографий Надежды Яковлевны Мандельштам:
Внимание! Спойлер!

_________________
!
когда мы построим наш город,то мы запишем в книгу почета имена тех кто строил его, а в книгу позора тех кто струсил у убежал


Вернуться
 Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора ICQ Number
Iban
Зарегистрирован: 10.05.2008
Сообщения: 830
Сообщение 2010-08-17 20:34 Ответить с цитатой
Содержание:
Внимание! Спойлер!


Фрагмент из "Первой книги":
Цитата:
"Я, бывший узник архипелага ГУЛАГ, прочел в вашей газете (№ 7 с. г.) краткое сообщение о том, что на окраине Владивостока найдена могила Осипа Мандельштама...
Как прямой свидетель смерти знаменитого поэта хочу поделиться дополнительными подробностями.
Более десяти тысяч заключенных, мужчин разных возрастов со всей страны — Москвы и Ленинграда, Ростова и Киева, Одессы и Смоленска, Минска и Казахстана — были свезены на окраину города и заточены в бараках и палатках на вершине голых, каменистых сопок. Все — приговоренные "за контрреволюционную деятельность" к длительным срокам заключения, от 8 до 25 лет, которыми была заменена смертная казнь.
Лагерь назывался "Спец-пропускник СВИТЛага", то есть Северо-Восточного исправительного трудового лагеря НКВД (транзитная командировка), 6-й километр, на II-й речке. Здесь подолгу узников не задерживали. На морских судах "Джурма" и "Дальстрой", с четырехярусными нарами в трюмах, размещали страдальцев. Семь суток плыли до бухты Нагаево, где тогда уже строили Магадан. Рассказывали, что многие умирали в пути. Этих просто выкидывали в Охотское море, кормить рыб. Родным об их смерти не сообщали.
Осенью 1938 года во Владивостоке стояли солнечные прохладные дни, синие звездные ночи. Дули северо-восточные ветры. Наступал голод. Воду к нам по крутым каменистым тропам заносили ведрами "бытовики" (осужденные) и сливали в бочку у порога барака.
В ноябре нас стали заедать породистые белые вши, и начался тиф. Был объявлен строгий карантин. Запретили выход из бараков. Рядом со мной спали на третьем этаже Осип Мандельштам, Володя Лях (это — ленинградец), Ковалев (Благовещенск), Иван Белкин (молодой парень из Курска).
Сыпной тиф проник, конечно, и к нам. Больных уводили, и больше мы их не видели. В конце декабря, за несколько дней до Нового года, нас утром повели в баню, на санобработку. Но воды там не было никакой. Велели раздеться и сдавать одежду в жар-камеру. А затем перевели в другую половину помещения, в одевалку, где было еще холоднее. Пахло серой, дымом. В это время и упали, потеряв сознание, двое мужчин, совсем голые. К ним подбежали держиморды-бытовики. Вынули из кармана куски фанеры, шпагат, надели каждому из мертвецов бирки и на них написали фамилии: "Мандельштам Осип Эмильевич, ст. 5810, срок 10 лет". И москвич Моранц, кажется, Моисей Ильич, с теми же данными. Затем тела облили сулемой. Так что сведения, будто Мандельштам скончался в лазарете, неверны...
Трупы накапливали в ординаторской палатке, а потом партиями вывозили. Мертвые тела втаптывали в каменный ров, в одну могилу. Копать их было очень тяжело...
Я тогда был молод, всего 24 года. Тоже осужден за "контрреволюцию"... Срок полностью отбыл. Повидал "виды"... Вот такая выпала на мою долю эпоха, эпоха социалистического реализма.
Ю. Моисеенко.
Осиповичи, Могилевская область".


Воспоминания "Вторая книга"
Начало
Продолжение
Окончание

Фрагменты из воспоминаний "Вторая книга":

Цитата:
...Отдельные люди в толпе, бесновавшейся в годы гражданской войны, а потом на службах и работах мирного строительства, может, одним ухом и слышали про запрет убийства себе подобных, но им успели крепко внушить, что ради пользы дела не только можно, но даже нужно убивать. Трусы и сладострастцы, возбуждавшие толпу, сами-то они были способны только на доносы и подметные письма, но их восхищала наглость и сила настоящих убийц. Эта толпа ревела на собраниях, одобрявших казни...

...О страхе, вызванном арестом знакомого, можно рассказать тысячи историй, но я запомнила девятилетнюю девочку, которая, услыхав про арест друга ее родителей, деловито подошла к книжной полке, отобрала несколько книг, принадлежащих арестованному, и вырвала листки с его именем. Листочки тут же были брошены в печку. Девочка не раз видела, как родители уничтожают все следы знакомства — письма, листки в записных книжках с адресом и номером телефона. Говорят, она стала стукачкой. Если это так, причиной тому рабий страх. Я никогда не имела записных книжек с телефонами, а сейчас завела. Не пора ли спустить их в уборную, поскольку печек больше нет?..

...Мне говорили, что Лубянка в те дни напоминала прифронтовой госпиталь: крики, стоны, искалеченные тела, носилки... В Лефортово отправляли для пыток высшего класса. (Говорят, что были места посерьезнее Лефортова.) В тюрьмах говорили: его отправили в Лефортово подписывать... Мало кто побывал в Лефортове и вышел с неповрежденным умом. Я таких не встречала...

...Я назвала свою фамилию секретарше, и она доложила обо мне Суркову. В приемной ждали люди, вернувшиеся из лагерей. Сурков тогда занимался их устройством. На доклад секретарши Сурков пулей вылетел из кабинета. Он кинулся ко мне и спросил, кем я прихожусь Мандельштаму. Узнав, он сказал, что примет меня через несколько дней, так как очень занят, попросту завален работой... Я прекрасно понимала, в чем дело. Прежде чем разговаривать со мной, Сурков должен был выяснить наверху (я не знаю, до каких вершин он доходит), как относиться к Мандельштаму и что говорить вдове...

...Последнее высказывание Суркова, которое до меня дошло, относится к Солженицыну. «Я, конечно, понимаю, — сказал Сурков, — что Солженицын крупный писатель, но „если враг не сдается, его уничтожают"...» Уместная цитата из Горького все равно что ссылка на самый высший этаж дома, где сидят «они». Таково значение литературы в нашей стране...

...Всё пережитое нами — соблазн века и грозит всем, кто еще не переболел болезнью силы и кровавой расправы. (Зависть и месть — основные движущие силы.) Нашим опытом нельзя пренебрегать, а именно так поступают ленивые иноземцы, лелея надежду, что у них — таких культурных и умных — все будет иначе. Я тысячи раз слышала такие заверения (я не устану это повторять) от чистеньких людей, которых держали под паром в наших теплицах, чтобы в нужную минуту выпустить на родные поля. Они созревали у нас до восковой спелости и у себя рассыпались ядовитыми зернами. Многие погибли и, только погибая, что-то поняли. Другие и погибая продолжали твердить мерзкие азы. Кто жив, тот действует и будет действовать, как ему полагается, и доведет программу до конца. Дети, выросшие в подобных семьях, обычно сохраняют семя зла и преступления. Сами они часто не убийцы, потому что выросли белоручками, однако говорят на том же языке и орудуют теми же понятиями. Наш опыт — единственное лекарство, спасительная прививка, вакцина. Я для того проходила, не глядя на воду, по длинному мосту как чокнутая, как городская сумасшедшая, чтобы хоть один человек не захотел, подобно мне, получить собственных фашистов, чтобы выдворить Костырева из моей квартиры...


Воспоминания "Книга третья"

Аннотация издательства:
Когда Надежда Яковлевна Мандельштам окончила свою вторую книгу воспоминаний, она, исполнив миссию вдовы великого поэта и свидетельницы страшных лет России, оказалась как бы без дела. Друзья стали настойчиво уговаривать ее продолжать воспоминания, описать времена детства и отрочества, до-мандельштамовские годы. Вняв просьбе, Надежда Яковлевна написала три очерка о родителях и семье, но работа далеко не пошла: болезни, старость, к тому же меньший интерес тех лет, в которых не было Мандельштама, привели к тому, что "третья книга", как таковая, не состоялась.
Те же верные друзья, в частности, ныне покойная Наталья Ивановна Столярова, долголетняя узница ГУЛага и друг-помощник многих писателей, считали желательным собрать воедино все, что когда-либо Надежда Яковлевна писала.
Настоящий том отвечает этому пожеланию. Он состоит из разнородных материалов. Основа его — никогда не издававшиеся комментарии Надежды Яковлевны к московским и воронежским стихам Мандельштама. Вокруг этого стержня расположились критические статьи, автобиографические главы (часть из них уже печаталась) и письма к зарубежным заочным друзьям. Для полноты мы решили включить в этот том и первые пробы пера Н.Я. Мандельштам три очерка, напечатанных под псевдонимом "Н. Яковлева" в сборнике "Тарусские страницы", одном из самых ярких и смелых изданий хрущевской оттепели.


Фрагменты из воспоминаний "Книга третья":

Цитата:
— Пора подумать, — не раз говорила я Мандельштаму, — кому это все достанется... Шурику? Он отвечал: "Люди сохранят... Кто сохранит — тому и достанется". "А если не сохранят?" "Если не сохранят, значит, это никому не нужно и ничего не стоит..." Еще была жива любимая племянница О.М. Татька, но в этих разговорах О.М. никогда даже не упоминал ее имени. Для него стихи и архив не были ценностью, которую можно завещать, а скорее весточкой, брошенной в бутылке в океан; кто поднимет ее на берегу, тому они и принадлежат, как сказано в ранней статье "О собеседнике". Этому отношению к своему архиву способствовала наша эпоха, когда легче было погибнуть за стихи, чем получить за них гонорар. О.М. обрекал свои стихи и прозу на "дикое" хранение, но если бы полагаться только на этот способ, стихи бы дошли в невероятно искаженном виде. Но я случайно спаслась — мы ведь всегда думали, что погибнем вместе, — и овладела чисто советским искусством хранения опасных рукописей. Это не простое дело — в те дни люди, одержимые безумным страхом, чистили ящики своих письменных столов, уничтожая все подряд: семейные архивы, фотографии друзей и знакомых, письма, записные книжки, дневники, любые документы, попавшие под руку, даже советские газеты и вырезки из них. В этих поступках безумие сочеталось со здравым смыслом.

Во время прихода белых город был отдан на три дня на разграбление — по обычаю. Искали евреев, но врывались и в русские дома с криком "жиды"... Этот крик служил как бы пропуском. У ворот дома — парадные заколотили — дежурили жильцы. Часто дежурил отец. Когда ломились солдаты и офицеры — офицеры с университетскими значками тоже были громилами — отец отгонял их таким отборным матом, что они отступали. Кто бы мог подумать, что еврей мог так матюгаться? Дворники пылали уважением, к нам они бы "дорогих гостей" не послали, но во дворе жили нищие евреи и их в первый же день разграбили. В воздухе летал пух из еврейских подушек. Таков был обычай — выпускать пух. Белая армия громила разлагаясь, но мало кто знает, что громила евреев и Красная армия, не разлагаясь, а становясь. О погромах, устраиваемых Красной армией, рассказал мне с О.М. Зозуля — был такой писатель. (Откуда их столько берется?) Этот пристроился в "Огоньке" при Кольцове и прожил безбедно и спокойно за спиной у Кольцова и столь же спокойно после расстрела Кольцова. Красноармейцы кричали "жиды и буржуи" и тоже грабили нищих евреев. Но их простым общечеловеческим матом отогнать было бы невозможно. Они были гораздо настырнее белых кондотьеров и несравненно более целеустремленными. На барина они бы реагировали криком "буржуй" — запасной возглас огромной емкости. Били евреев и украинцы. Эти на прощание вспарывали не только подушки, но и животы...

"Неосторожность" — это то, что все умоляли его не читать посторонним людям стихи о Сталине и не давать их переписывать. Во всяком случае, кое-кто из моих близких упрекал его в этом.

Помню, что Грин очень тяжело умирал — рак легких, который принимали за туберкулез. Нина Грин слала отчаянные телеграммы, прося денежной помощи. Литфонд держался твердо и ничего не давал. О.М. звонил даже секретарю Горького (Клочков?), но ничего не добился. Это он сообщил председателю тогдашнему Литфонда — какой-то пушкинист — о том, что Грин умер, и был потрясен последовавшим ответом: "Умер? Хорошо сделал"... Тогда эта фраза показалась нам верхом цинизма. Но может, этот человек больше понимал тогда, чем мы? И я ведь к этому времени облегченно вздохнула, когда, приехав по вызову матери в Киев, узнала, что мой отец просто умер, а не подвергся перед смертью какому-нибудь дополнительному издевательству...

По поводу этого стихотворения О.М. как-то тихонько сказал мне, что в победе в 17 году сыграло роль удачное имя — большевики — талантливо найденное слово. И главное, на большинстве в один голос... В этом слове для народного слуха — положительный звук: сам-большой, большой человек, большак, то есть столбовая дорога. "Большеветь" — почти что умнеть, становиться большим...

По совхозам мы ездили летом 35 года. Поездка наша началась с райцентра — села Воробьевка. В райкоме там работал немолодой — лет сорока пяти человек, явно переведенный из города. Он был подозрительно интеллигентен для райкома, очевидно, его выкинули откуда-то за несогласие. У нас с ним было несколько разговоров, и, несмотря на его осторожность, мы заметили немало горьких интонаций. Они относились и к раскулачиванью, и к организации хозяйства области. В 37 году мы его вспоминали, думая, что с ним, наверное, расправились.

Я обещала Вам не быть ноющей и рвущей себе кусок вдовой, но из этого ничего не выйдет. Предел моим силам настал уже давно; я живу за и вне их предела. Всюду в мире сапожники спрашивают друг друга о том, есть ли кров и хлеб у вдовы покойного сапожника. Писатели этим не занимаются. И я не была бы той загнанной клячей, что сейчас. Я много раз думала, что лучше конец, чем вся та канитель, которую я тянула. Я была на свободе — это верно, я даже работала — это верно. Но я была той, кого разрешено (и даже полагается) бить, гнать и т. п. При каждом удобном ветре это и делали.

_________________
!
когда мы построим наш город,то мы запишем в книгу почета имена тех кто строил его, а в книгу позора тех кто струсил у убежал
Вернуться
 Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора ICQ Number
Iban
Зарегистрирован: 10.05.2008
Сообщения: 830
Сообщение 2010-08-17 21:35 Ответить с цитатой
13 марта 2003 года
В прямом эфире радио "Арсенал" Варвара Шкловская, Юрий Львович Фрейдин, литературоведы
Эфир ведет Сергей Бунтман


Гости: Юрий Фрейдин,
Варвара Шкловская
Ведущие: Сергей Бунтман
Передача: Было - не было


Четверг, 13.03.2003
Программа радио "Арсенал" "Было - не было"

Внимание! Спойлер!

_________________
!
когда мы построим наш город,то мы запишем в книгу почета имена тех кто строил его, а в книгу позора тех кто струсил у убежал
Вернуться
 Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора ICQ Number
Заголовок новой темы
Форум для новой темы
 
Страница 1 из 1
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов arthouse.tonet.ru -> Книги -> Аудиокниги Часовой пояс: GMT + 6

 

Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах
Вы не можете прикреплять файлы на этом форуме
Вы не можете загружать файлы на этом форуме



© 2007 Art House T. & Webink (All Rights Reserved) | Powered by phpBB